Родни Смит. Интервью с самим собой «Мистер С. и мистер Смит». Часть вторая и третья

Сегодня мы продолжаем публикацию беседы, которую американский фотограф-сюрреалист Родни Смит проводит со своим вторым «Я». Как и вначале, маэстро делится с читателями своими размышлениями о фотографии, времени, пространстве, о религии, бренности человеческого бытия и о самом себе.

Поскольку мой прекрасный, сочный газон превращается в пустыню, а индейки и петухи бегут прятаться от жары, я счел единственно возможным продолжить и дальше открывать себя навстречу все большему непониманию. Пришла пора еще раз отправиться в путешествие, но не в Вашингтон, где негостеприимная, холодная атмосфера, где влачат существование жалкие люди, одолеваемые жаждой деятельности, а к теплу моего стола, за которым мистер С. опять встречается с мистером Смитом.

Мистер С.: Пара слов, прежде чем мы начнем. Я заметил, что в вас сочетаются любовь к порядку и непринужденность. Это так?

Мистер Смит: Вы гений! Как вы это заметили?! Вы умны не по годам. Я всегда любил, чтобы вещи были на своих местах. Мне нравится вносить в жизненный распорядок определенную элегантность. Одно из величайших удовольствий, которое разделяет вся моя семья, – менять простыни три раза в неделю. Свежие простыни – это необходимая мне роскошь. Я хотел бы, чтобы мои снимки были сплавом большого стиля, изящества и элегантности с щепоткой каприза и спонтанности. Это идеальный состав.

Мистер С.: Вы, очевидно, считаете, что ваши ранние воспоминания и семейные травмы помогают понять ваши нынешние фотографии. Но почему?

Мистер Смит: Хорошие вопросы, мистер С., мне нравится ваше неодобрение, обозначенное лишь намеком. Отвечу коротко: да, я, конечно, так считаю. Как сказал более двух тысячелетий назад красноречивый Сократ, затем, чтобы Августин, Гегель, Кант и еще череда блестящих умов, предваряющих лидера моего личного хит-парада маэстро Фрейда, могли подтвердить это: «Жизнь, не подвергнутую наблюдению, проживать не стоит». Я убежден, что все имеет свои причины: мой выбор профессии, работа с черно-белой фотографией, чувство композиции, тема, точка зрения и дистанция до объекта, и сам объект – это все отражение моей личности, сложившееся из того, в каких местах я побывал и что испытал за свою жизнь. Для того чтобы действительно понять чье-то творчество (фотографии, в моем случае), нет метода лучше, чем узнать меня – мою жизнь за кадром.

Мистер С.: Кажется, вы говорите сразу с двумя разными аудиториями – одних интересует фотография, других – история жизни. Вы делаете это намеренно?

Мистер Смит: Я слышал об этом разделении и раньше – и меньше всего желал его. Моя цель – возможно, следует сказать, моя страсть – говорить с каждым, кто пытается, томимый внутренним желаньем, создать что-то благородное и уникальное. Я знаю, фотографы всегда заводят разговор о приземленных вещах, о практике. Как вы сделали это, что за пленка, какая линза, тип печати… И мне очень хочется (как Анселю Адамсу и еще многим до меня) рассказать им о создании конкретных фотоснимков. Без сомнения, это очень интересно; но я скажу вам, мистер С., что еще более интересен и познавателен рассказ о том, что стоит за изображением, что послужило его причиной, то есть рассказ о моей жизни.

Мистер С.: Звучит почти как дзенский коан. Вы имеете в виду: то, что люди считают самым важным аспектом фотографии, на самом деле таковым не является? Большинство выбирает не ту дорогу? Что для вас самое важное, на чем строится ваш метод работы?

Мистер Смит: Это уже ближе к делу. Возможно, самый бесценный дар, который я получил от фотографии за годы терапии, – это способность отпускать ситуацию и способность доверять инстинктам. Это совсем не просто, но чрезвычайно полезно. Попросту говоря, в день съемки на открытом воздухе что-то всегда складывается не так: пойдет дождь или модель захворает. Я не могу контролировать все. Поэтому я научился концентрироваться на том, что передо мной, на том, что дано мне сейчас, и доверять этому, а не своим ожиданиям или картинке в своей голове. Я позволяю событиям развиваться самостоятельно – и благодаря этому расту как фотограф.

Мистер С.: Есть ли в ваших фотографиях какая-то сквозная тема, не заметная с первого взгляда?

Мистер Смит: Я могу рассуждать на многие темы, но есть одна, о которой я редко говорю – именно она преобладает в моих работах и в моей жизни. Тема времени. Что оно из себя представляет? Как один человек может занять место другого, когда единственное, что изменилось, – это время? Как соотносятся со временем воспоминания и чувства? Что такое «хорошее время» и «плохое время»? Можно ли, оглядываясь назад, в свое прошлое, менять настоящее? Существует ли история объективно или это только плод человеческого восприятия? Эти и многие другие вопросы преследуют меня с юных лет.

Мистер С.: Последний вопрос в этом цикле. Вы верите в Бога, принадлежите какой-либо религии? Это влияет на ваши работы?

Мистер Смит: Во-первых, я никогда не присоединюсь ни к какой группе с обязательным членством. Я нигде не состою, я затворник, и хотя это, может быть, неочевидно, свои мысли и поступки предпочитаю держать при себе. О, как бы я хотел обрести веру! Возьмем, к примеру, Иисуса Христа. Если бы я по-настоящему верил в то, что он существует, – не просто выдающаяся личность, а сын Бога, умерший за наши грехи, – насколько бы проще была моя жизнь! Я бы, скорее всего, осознавал свою роль, смысл жизни был бы определен, и смерть можно было бы встретить уверенно, с облегчением и даже радостью. Но – и это действительно огромное НО – я не верю; я стою у обрыва и смотрю вниз. Я одинок, непокорен, сам отвечаю за свою жизнь и смотрю на смерть не утопически, но со смирением и согласием. Я верю, что величия достигают не благодаря, а вопреки. Спасибо. До скорой встречи.

Канун нового года стремительно приближается, и я решил, что сейчас самое время для очередного выпуска «Спросите, и будет дано вам» – интервью с самим собой. Как всегда, берет интервью мистер С. собственной персоной.

Мистер С.: Ваши фотографии причудливы, полны безмятежности и оптимизма. Вы можете сказать, что эти настроения определяют ваш взгляд на мир?

Мистер Смит: Удивительно, как вы всегда метите в самую суть проблемы. Лично я считаю, что многим обязан меланхолии и что наша мудрость и расположенность к глубоким размышлениям связаны с ощущением бренности сущего. Но несмотря на это, в моих фотографиях на все мои тревоги и опасения дается позитивный ответ. Мои фотоснимки – это лучшее во мне.

Мистер С.: Вы имеете в виду, что в жизни вы не такой вежливый, обходительный и приятный, как ваши фотографии?

Мистер Смит: Точно! Мои фотографии – это идеальный я. Они – это все то, чем я хочу быть, пускай неосознанно. Они неразрывно связаны со мной, принадлежат этому миру, но каким-то образом им удается быть намного лучше. К сожалению, я ведом собственными страхами, желаниями и разочарован во всем. Я пытаюсь быть хорошим человеком, отцом, другом, мужем, но эти попытки часто безуспешны и жалки. Мне никогда не стать столь совершенным, как люди на моих фотоснимках.

Мистер С.: Но вы часто говорите, что ваши фотографии выражают широкий диапазон человеческих чувств, в том числе страхи, злость, грусть и т.д. Это правда?

Мистер Смит: Вы правы. Тем не менее широкий спектр эмоций – от ярости до радости, от страха до счастья – это неоспоримо положительный аспект моих фотографий. Здесь нечего бояться. Мои фотографии показывают, что значит быть маленьким человеком в огромной вселенной и как человек может взаимодействовать с силами, которые гораздо могущественнее его. Как можно быть беззаботным, если все мы – жалкие смертные создания, окруженные великой пустотой? Столкнувшись с этой проблемой, люди должны обрести мужество. Я нахожусь на том этапе, когда не могу и, наверное, не должен прятать свой страх.

И все же, к несчастью, я не могу смириться с теми ошибками, которые совершил в отношении других людей. Я склонен к огульной критике и временами деструктивен. Я преуспел как фотограф, но как человек близок к провалу.

Мистер С.: Какова, по-вашему, основная причина того, что вы фотографируете?

Мистер Смит: Я думаю, фотография удовлетворяет две моих потребности. Во-первых, в создании красивого артефакта. Это конечный результат моего сотворчества, взаимодействия с миром вокруг. Во-вторых, и это важнее, в моей душе кипят чувства, которые необходимо выразить и выпустить в мир. Я чувствую, что мне столько нужно рассказать, так многому научить, я так хочу помочь людям осознать свой потенциал! Я хочу, чтобы люди почувствовали силу добра – оно есть в каждом из нас. Ну и, конечно, всегда остается потребность быть любимым и получать одобрение от окружающего мира.

Мистер С.: Каков же итог? Многие из ваших ответов, похоже, вызвали еще больше вопросов.

Мистер Смит: Мне кажется, лучше найти несколько вопросов, чем все ответы. Благодарю вас, и до следующей встречи.

Оригинальный текст интервью — части первой, второй и третьей, а также много другой интересной информации вы можете найти в блоге Родни Смита.

(Visited 979 times, 1 visits today)



Оставить комментарий