Алексей Никишин. Настоящая жизнь

Алексей Никишин — фотограф, работающий в жанре современной арт-фотографии, автор масштабного фотопроекта «В роли себя» — цикла выставок психологических портретов известных российских деятелей культуры и искусства, участник множества групповых и персональных выставок в России и за рубежом. Работы Алексея были опубликованы в пяти книгах и более чем в пятидесяти журналах. Алексей не ограничивается портретами, из своих многочисленных путешествий по миру он привозит большое количество жанровых фотографий.  В интервью нашему блогу фотограф рассказал о том, какая фотография является произведением искусства, какой камерой и объективами пользуется, а также почему он мало снимает в России.

Когда вас заинтересовала техника Leica?

Я занимаюсь фотографией одиннадцать лет и семь из них не расстаюсь с камерой Leica M7. Я сейчас не могу сказать, почему так произошло, просто однажды пришло осознание, что я должен приобрести эту камеру. На Лейку снимали все великие фотографы, которых я очень уважаю, когда держишь в руках эту камеру – чувствуешь, что у тебя в руках легенда, что точно такую же камеру держали в руках твои учителя. В ней не просто история, в ней какой-то дух творчества, и когда ты работаешь с этой камерой, кажется, что тебе кто-то помогает, что ты не один.

Искусство и жизнь для вас – одно? Согласны ли вы с теорией о том, что «человеческому» в искусстве нет места?

Про актеров часто говорят: «он играет, как живет». То же самое, если ты снимаешь какую-то фотографию, ты должен жить ею. Когда смотришь на работы Араки, понимаешь как это важно. Только при условии отражения нашей жизни в искусстве получается настоящее. А иначе – подделка, которой нет места в искусстве.

Есть такая точка зрения, что когда искусство отображает человеческое, наши жизненные переживания, оно становится автоматически интересно, ловит зрителя на крючок его личностных переживаний.

Я с этим согласен, но я не хочу, чтобы большая масса зрителей понимала, что я делаю, это ведь невозможно. Гораздо важней для меня, чтобы в моих фотографиях видела смысл маленькая горстка людей, мнением которых я дорожу. Они не обязательно должны быть фотографами. Это люди из разных сфер искусства, но когда они чувствуют в моих фото что-то свое – это большая радость. Для меня очень важна деконструкция фотографии – когда ты делаешь фотографию с одним смыслом, а твой зритель видит там смысл совсем другой. И чем больше смыслов содержит в себе фотография, тем она лучше. Я делаю снимки по мгновенному знаку, а потом вижу в проявленных фотографиях совсем другие смыслы. Мне кажется, говорить о человеческом в искусстве, чтобы понравится большому кругу зрителей – не мой путь. Совсем не хочется нравится всем.

Получается, что вы делите зрителя на понимающего и непонимающего?

Конечно, я снимаю для подготовленного зрителя. Для человека, который может увидеть в моих фотографиях даже больше, чем я сам. Когда я показываю свои жанровые фотографии на мастер-классах, молодые ребята видят в них такие смыслы, каких я сам бы не увидел. Когда же художник делает что-то специально для того, чтобы понравится всем — это подделка. Делать что-то только для того, чтобы понравится массам – это слишком просто, это не та цель, к которой нужно идти.


Какую фототехнику Leica вы используете?

Я снимаю на дальномерную пленочную камеру Leica M7, потому что, как мне кажется, это самая удачная модель современной пленочной камеры, в ней есть только то, что необходимо, например, режим приоритета диафрагмы, и еще эта модель сочетает в себе историю и современность в идеальном балансе, в ней нет ничего лишнего. С ней я использую объективы – 35mm и 50mm.

Есть ли для вас главное из искусств? Все ли жанры равны по воздействию на человеческое сознание?

Все жанры искусства говорят об одном и том же. Глобальных тем очень мало. Но каждое из искусств говорит об этом разными методами – в этом их отличие друг от друга. Смыслы остаются, с течением времени меняются только акценты. Поэтому суетному в искусстве нет места. Я за вечные, но актуальные темы.

Где вы находите вдохновение в обычной жизни? Какие страны, города, времена года для вас важнее и прекраснее, чем все остальное?

Я очень мало снимаю в России, в Москве, серость и равнодушие нашей действительности меня не вдохновляет. А за границей можно ходить по улицам с фотоаппаратом, снимать людей и они улыбаются в ответ. Например, моя французская серия – это праздник моих героев. У нас такого можно добиться только в Петербурге, потому что половина прохожих на улицах – туристы, которые приехали отдыхать. Вдохновение я нахожу в искренней радости жизни обычных людей. Мне не нравится что-то вычурное и помпезное, когда все выставлено напоказ. Нужно, чтобы все было по-настоящему, без подделок. Сейчас, когда в современном мире происходит подмена главных понятий, для меня очень важно отыскать настоящую жизнь в ее мелочах. Даже когда я бываю в бедных странах, в моих снимках нет упадка, я снимаю не быт, не проблемы, а жизнь, эпос о ней, мир этих людей, в котором они счастливы по-настоящему.

Должен ли фотограф быть психологом? Как происходит процесс работы с моделями?

Несколько лет назад на одном из моих мастер-классов мне сказали, что я не имею права снимать психологические портреты, потому что не имею диплома психолога. Я на это ответил, что для того, чтобы снять хороший психологический портрет нужно быть хорошим фотографом, а не психологом. Но, безусловно, нужно любить людей, которых ты фотографируешь. В каждом человеке есть что-то прекрасное, за что его можно любить. Очень часто люди, занимающиеся искусством, не любят своего зрителя, а я люблю. Как в том мультфильме – даже у самых плохих людей могут быть хорошие дети. Без любви к людям не получится ничего.

Известных людей снимать сложнее?

Люди, которые привыкли часто фотографироваться, умеют позировать. Они сразу садятся перед объективом так, как мы это увидим еще в пятидесяти журналах. А мне, как художнику, нужно показать человека особенным, таким, каким я его увидел. Портретное сходство не важно для меня, а важен мой авторских взгляд.

А когда фотография становится произведением искусства?

Когда эту фотографию нельзя повторить. Фотография, единственная в своем роде – это искусство. Каждый может сфотографировать море, но если посмотреть на море у Куделки, понимаешь, что это только его море, его мир. Он может снять что угодно, но во всех фотографиях мы видим его мир. Я сам к этому стремлюсь. Вообще я могу гораздо меньше того, к чему хотел бы прийти. У Ларса фон Триера есть манифест, в котором он пишет, как бы хотел снимать кино. Его спросили, – но вы же так не снимаете, — а он ответил, – я иду к этому. Я тоже ставлю себе такие цели. Мне хочется идти к простоте, чтобы фотографические средства сводились к минимуму, и оставалось только мое видение мира. Искусство для меня в смысле моих работ, а совсем не в их форме и не в средствах, с помощью которых я чего-то достиг.

Интервьюировала Инга Шепелёва

П р о д о л ж е н и е  с л е д у е т.

(Visited 88 times, 1 visits today)



5 комментариев к записи
«Алексей Никишин. Настоящая жизнь»

  1. SANAN:

    SPASIBO ZA OTKROVENIE

  2. Сергей Кручинин:

    спасибо!

  3. Вам спасибо, нашим читателям.

  4. миша павловский:

    спасибо!

  5. Оля:

    Какие же у тебя потрясающие работы.Тебе надо срочно перестать снимать популярные лица и обыкновенные задницы!!!

Оставить комментарий